Битва при Диррахии. Гражданская война Цезаря (7 серия)

Битва при Диррахии. Гражданская война Цезаря (7 серия)

Вперед, любезный, смелей, не бойся ничего, ты везёшь Цезаря и его счастья. Плутарх Цезарь. С вами Триумвират, и я вас приветствую.

В розыгрыше под предыдущим роликом выиграл этот комментатор. Свяжись со мной, чтобы получить бюст великого полководца. Оставляйте комментарии и под этим видео, по традиции случайному комментатору отправлю приз.

А приобрести мерч можно на моём сайте triumvirat.pro. Канал Триумвират существует благодаря вашей поддержке, друзья. Поэтому, если у вас есть желание и возможность, вступайте в ряды спонсоров на бусти, где для просмотра уже доступна следующая серия гражданских войн. Ссылки в описании.

После высадки Цезаря в Греции, дальнейший ход римской гражданской войны стал зависеть от результата противостояния под Дерахием. Укреплённый лагерь Помпея находился на удобном для обороны холме. Цезарь расположился между вражеским лагерем и Дерахием.

Как уже говорилось, цезарянцы могли снабжаться только сухопутным путём, и то из областей, уже разорённых войной. Помпей же беспрепятственно получал припасы морем, и к тому же, благодаря многочисленности своей конницы, старался всячески мешать подвозу продовольствия к неприятелям, идти на сражения он не хотел, довольствуясь своей выгодной позицией. Некоторое время стороны находились в бездействии, пока Цезарь не решился воплотить в жизнь один из самых грандиозных фортификационных планов военной истории.

Он приказал занять высоты вокруг вражеских позиций и начать строительство протяжённой системы укреплений, чтобы полностью заблокировать Помпея на занимаемом им участке побережья. Смелость и необычность этого плана заключалась в том, что его армия, меньшая по численности, должна была взять в кольцо армию более многочисленную. Местность благоприятствовала этому начинанию, но работа была чудовищно трудна, а ожидаемая удача незначительна.

Помпей не хотел удаляться ни от Терахия, ни от побережья, поэтому он начал прикрывать свои позиции такими же укреплениями, занимая при этом как можно большую местность и тем самым растягивая линию неприятеля, но в целом игра шла по правилам Цезаря. Может сложиться впечатление, что в данной ситуации, да и вообще на протяжении всей кампании, Помпей действовал крайне нерешителем, пойдя на навязанную Цезарем позиционную войну. Возможно, наилучшим для него планом было отплыть в Италию и установить контроль над Римом, или же сначала отбить у цезарянцев с помощью нумидийского царя Юбы Сицилию, Сардинию и Испанию, а затем, увеличив свои силы рекрутами из этих провинций, принять решительный бой.

При помощи имеющегося у него флота все эти действия могли быть удачно приведены в исполнение. Но, к сожалению, у нас нет источника, дающего возможность узнать результаты происходивших в это время в помпеянском руководстве совещаний, но очень маловероятно, чтобы вся стратегия такого опытного военачальника, как Помпей Великий, сводилась только к стремлению уклониться от боя. К тому же, план Цезаря по его блокаде имел несколько весьма уязвимых мест.

Помимо того, что благодаря флоту Помпей имел больше возможностей для маневра, его позиции имели меньшую протяженность, что позволяло при необходимости намного быстрее, чем противник, силы которого, наоборот, были больше растянуты, кратчайшим путем перебросить нужные войска на нужное направление. Поэтому Помпей, скорее всего, решил вместо опасных маневров извлекать пользу из текущего положения. Он поступил так, как поступил бы любой хороший полководец, а именно, благодаря более выгодной позиции, стал выжидать, пока противник совершит ошибку.

Правильность этой тактики Помпея косвенно подтверждал и сам Цезер, говоря, что проводимой им блокадой он хотел получить выгоду в трех отношениях ослабить помпеянскую конницу, отрезав ее от фуража, вместе с тем прикрыть свою армию и, наконец, нанести моральный удар вражеской партии в политическом плане, показав всем, что Помпей заперт и не решается вступить с ним в бой. Добиться этой блокадой капитуляции Помпея или хотя бы начала мирных переговоров Цезер, вероятно, не думал, да и вряд ли это было возможно. Ничто не мешало Помпею в любой необходимый для него момент посадить свое войско на корабли и перевести его в другое место.

Возведение укреплений сопровождалось постоянными стычками, не прекращающимися и после завершения строительства. В итоге Помпей оказался полностью изолирован в суше, что вскоре стало пагубно сказываться на его войсках. Если пища для солдат продолжала беспрепятственно доставляться по морю, то с питьевой водой стали возникать проблемы, так как Цезарь перекрыл плотинами все реки и ручьи, текущие в сторону вражеских позиций, и помпеянцам приходилось рыть глубокие колодцы, которые быстро пересыхали от летнего зноя.

Вдобавок к этому запертая на ограниченном пространстве конница стал испытывать недостаток фуража, что особенно беспокоило Помпея, справедливо считавшего кавалерию лучшей частью своей армии. Войске Цезаря воды для легионеров и фуража для конницы было достаточно, но проблема снабжения продовольствием становилась все острее. Солдаты были вынуждены печь подобие хлеба из каких-то кореньев, которые они мелко рубили и смешивали с молоком.

Иногда, чтобы позлить врага, насмехающегося над их непростым положением, они перебрасывали эти хлебцы в лагерь Помпея, крича при этом, что пока в земле достаточно кореньев, они не снимут осаду. Рассказывают, что Помпей, однажды попробовав такой хлебец, ужаснулся и назвал дикими зверями тех, кто может довольствоваться подобной пищей. В итоге сложилась ситуация, что каждая из противоборствующих сторон имела некоторые преимущества, но невыгод было еще больше и даже трудно было решить, чье положение было более невыгодно.

Такая позиционная война продолжалась с весны до середины лета. Тогда в одну из ночей Цезарь решил лично во главе небольшого отряда отправиться к Дерахию с целью склонить с помощью переговоров на свою сторону его жителей и тем самым еще больше ухудшить положение помпеянцев. Однако Помпею повезло.

Незадолго до этого он приказал на кораблях перевезти в город часть своей конницы, чтобы облегчить обеспечение ее фуражом и иметь возможность выйти в тыл цезарянских укреплений, так как Дерахий не был полностью блокирован с суши. Вероятно, Цезарь не знал о появлении помпеянской конницы в городе, потому что ее внезапная атака поставила его отряд в весьма затруднительное положение, а сам он едва не погиб. Неизвестно, как Цезарю удалось спастись и какие потери при этом он понес, но в результате этой неожиданной схватки город сохранил верность Помпею, а Цезарю пришлось задержаться, чтобы выстроить вокруг него укрепления и таким образом обезопасить свои тылы.

Между тем, воспользовавшись отсутствием Цезаря, Помпей решил атаковать его основные позиции. Публий Корнелий Сула, дальний родственник бывшего диктатора, которого Цезарь на время своего отъезда назначил комендантом лагеря, при известии о нападении пришел на помощь с двумя легионами и сумел отразить атаку. Его солдаты обратили помпеянцев в бегство, однако Сула, сочтя достаточным выручить своих соратников, приказал прекратить преследование, чтобы они в погоне не зашли слишком далеко и не оказались в затруднительном положении.

В это же время происходили сражения и в других местах, выбранных Помпеем для атаки, с целью максимально разъединить силы цезарянцев и затруднить возможность направить подкрепления сразу на все опасные направления. В одном пункте волка Цейтул выдержал с тремя когортами атаку целого помпеянского легиона и даже выбил ему с позиций. В другом, германская кавалерия Цезаря, вышедшая из укреплений, перебила много неприятелей и благополучно вернулась к своим.

Всего за этот день произошло шесть крупных столкновений. Показателем ожесточенности сражений было то, что в один из участков цезарянских укреплений попало 30 тысяч стрел, почти все защищавшие его солдаты и офицеры были ранены, а в щите Центуриона с Цевы оказалось 120 дыр. Впоследствии, когда Цезарь вернулся в лагерь, этот щит воины отнесли ему, как доказательство своей храбрости.

Цеву главнокомандующий щедро вознаградил за заслуги перед ним и перед государством, а вся его когорта получила двойное жалование и знаки отличия. Помпей же после этих событий занял лагерь Хуреке, в котором до перевода за основную линию располагался девятый легион Цезаря. Помпеянцы достроили в нем новые укрепления и провели стены до реки, чтобы обеспечить себя безопасным источником питьевой воды.

Однако впоследствии, вероятно из-за удаленности от своих основных позиций, Помпей был вынужден оставить этот лагерь. Все следующие дни Цезарь выводил войска на равнину, вызывая неприятеля на бой. Помпей тоже выстраивал свою армию, однако занимал такую позицию, что его боевые порядки примыкали к самому валу лагеря и таким образом находились под прикрытием стрелков на укреплениях.

Решающее сражение все не происходило. Тогда Цезарь решил активизировать свои действия в Греции. Войска Кассия Лонгина и Кальвиссия Сабина были объединены под командованием легата Квинта Фурия Калена, которому было приказано продвигаться вглубь региона с целью подчинения Пелопонезского полуострова.

Помпеянский наместник Греции Публии Рутилии Луп, чтобы не пропустить противника, решил укрепить выгодную для обороны позицию на Каринском перешейке, тогда как Кален сумел без боя занять Дельфы, Фивы, Архомен, после чего продолжил склонять на свою сторону и другие местные общины, отправляя к ним посольство. Примерно в это же время Цезарь предпринял еще одну попытку мирного урегулирования конфликта. Для этого он послал к Сцепиону их общего друга Авла Клодия с письмом, в котором просил Сцепиона стать посредником в переговорах, так как он, как человек влиятельный, может в значительной степени оказать воздействие на Помпея и направить его на истинный путь.

Если он это сделает, то все будут обязаны ему спокойствием Италии, миром в провинциях и спасением государства. Сначала Клодию удалось несколько раз пообщаться со Сцепионом, но потом он не был допущен к нему, после чего был вынужден вернуться к Цезарю без всякого ответа. Под Дерахием тем временем положение обоих противников продолжало ухудшаться.

Солдаты Цезаря все больше страдали от нехватки продовольствия, но говорили своим командирам, что готовы терпеть любые лишения и есть хоть сухую древесную кору ради того, чтобы ни за что не выпустить врагов из окружения. У Помпея все хуже складывались дела с конницей. После того, как Цезарь полностью блокировал Дерахий с суши и запер в нем кавалерию, Помпею ничего не оставалось, как снова посадить ее на корабли и перевести к себе за укрепление.

Недостаток фуража был настолько велик, что лошадей приходилось кормить листьями с деревьев, а подвоз корма дальним морским путем начал влиять на интенсивность поставок продовольствия для воинов. Поэтому, ввиду складывающегося крайне невыгодного положения, Помпей решил взять инициативу в свои руки и пойти на вылазку. Тем более как раз подвернулся подходящий случай.

В это время к нему перебежали со своей свитой два знатных брата Галла, служившие в коннице Цезаря. Событие было неожиданным, потому что раньше цезаревы солдаты всегда сохраняли верность своему полководцу. Они были хорошо приняты Помпеем, за что сообщили ему очень важные сведения о состоянии цезарянских укреплений и указали на наиболее уязвимые места обороны противника.

Тогда глубокой ночью Помпей приказал солдатам готовиться и собирать материалы для засыпания рывов. Затем он погрузил на корабли большое количество легковооруженных воинов и стрелков и отправил их к той части вражеских укреплений, которая доходила до моря и была самой удаленной от главного лагеря Цезаря. В том же направлении он лично повел шестьдесят когорт легионеров вдоль морского берега.

Это место, указанное Помпею Галлами перебежчиками, лучше всего подходило для атаки. Здесь, где конечность главной укрепленной линии Цезаря примыкала к побережью, была оборудована вторая линия обороны, обращенная в обратную сторону на случай, если противник предпримет попытку высадиться с моря и ударить с тыла. А между этими линиями шло строительство поперечного вала, который должен был защищать побережье между внутренними и внешними укреплениями.

Но из-за сложности работ этот вал не был своевременно закончен. На рассвете Помпей начал операцию. Цезарианцы были атакованы сразу с трех сторон – с зуши, с берега и с тыла.

На побережье в промежутке между двумя оборонительными линиями Цезаря караульную службу несли только две когорты Девятого Легиона, которые быстро были выбиты со своих позиций и обращены в бедство. Командующий Девятым Легионом гвестар Пуглий Корнелий Лентул Марцелин выслал на выручку своим основные силы Легиона, но его воины не смогли ободрить бегущих и вскоре сами не выдержали атаки и стали отступать. На помощь подошел Марк Антоний с двенадцатью когортами, занимавший ближайшую к Марцелину часть крепления.

Его подход ободрил отступающих из Девятого Легиона и остановил Помпеянцев. Атака была отбита. Вскоре, при помощи сигнальных костров, Цезарь получил известие о нападении.

Как можно скорее он прибыл к месту прорыва и сразу стал укреплять свои позиции. Тут стало известно, что Помпей начал разбивать новый лагерь у морского берега за пределами цезарианских укреплений. Таким образом блокада была прорвана.

-

Попробуйте РЖДТьюб - видеохостинг для железнодорожников!

Помимо этого посланные на разведку лазутчики донесли, что Помпеянцы опять начали занимать и старый лагерь Цезаря, о котором уже говорилось выше. До этого он оставался пустым, но после удачного прорыва Помпея стал важной точкой соединяющей его старые позиции, часть захваченных укреплений и новый лагерь за ними. По сообщениям лазутчиков, в лагере находилось не более одного легиона Помпеянцев, поэтому именно в этом направлении Цезарь решил контратаковать, чтобы до подхода основных сил неприятеля по возможности уничтожить этот легион или как минимум взять реванш за недавнее отступление.

Оставив на позициях две когорты для сохранения видимости присутствия, он по возможности незаметно с 33-мя когортами двинулся к лагерю двумя колоннами. Добраться до вражеских укреплений удалось раньше, чем Помпей сумел среагировать и прислать подмогу. Сам Цезарь находился на правом фланге наступающих, которым удалось выбить Помпеянцев с лагерного вала.

Но перед воротами оказалась колючая изгородь, у которой завязался ожесточенный бой. Особенно храброе сопротивление здесь оказал Центурион Тит Пулон, прообраз которого был использован создателями сериала Рим. В отличие от фильма, он, как упоминает сам Цезарь, сначала служил на его стороне в Галлии, а к описываемым событиям воевал на стороне Помпея.

В ходе этого сражения Цезарянцам удалось разобрать изгородь и, оттеснив неприятеля, прорваться в лагерь. Одновременно с этим бойные на правом фланге Цезаря стремились войти в лагерь со своей стороны, но, упершись, ведущие к реке длинное укрепление стали его обходить. Когда Помпей узнал о нападении, сразу же бросил работы по обустройству нового лагеря и повел пять легионов на помощь своим.

Его конница первой стала приближаться к Цезарянской, которая все еще обходила длинное укрепление у реки. Но из-за незнания местности и неудобного для движения рельефа всадники Цезаря потерялись в строй и, чтобы не быть застигнутыми врасплох, стали отступать назад для того, чтобы перегруппироваться. Следовавшие за ней пехотинцы приняли это отступление за бегство и тоже начали отходить.

Сложившаяся неразбериха вызвала среди солдат панику. Многие стали через бреши в укреплениях бросаться в ров и, к примеру, следовали другие, давя первых. Остальные, выбираясь из рва по их трупам, искали спасение бегства.

На левом крыле Цезарянцы видели, что враг подходит все ближе, а их правый фланг бежит. Помпеев же легион, зажатый в лагере, теперь ободрился надеждой на скорую помощь и пошел в контратаку. И, боясь не быть отрезанными на узком пространстве, солдаты левого фланга также начали отступать тем же путем, каким пришли, заботясь только о своем собственном спасении.

Всюду воцарились смятения и ужас. Цезарь, собственноручно выхватывая знамена у бегущих, тщетно пытался их остановить, и сам при этом чуть было не погиб. Схватив какого-то рослого и сильного солдата, бежавшего мимо, он приказал ему остановиться и повернуть на неприятеля.

Тот, в панике и неразберихе, замахнулся на Цезаря мечом, но вовремя подуспели телохранители и спасли своего военачальника. Несмотря на существенные потери, основной части войска удалось добежать до своих позиций и укрыться за ними. Помбей, видимо, сам не ожидал такого ошеломительного результата сражения, и из-за опасения попасть в засаду, не стал преследовать противника, ограничившись взятием в плен отступавших цезарянцев.

Лобиен приказал демонстративно вывести пленных перед строем, после чего казнил их на виду у всего войска. Таким сильным было озлобление против Цезаря, его бывшего самого доверенного легата. Цезарь говорил, что всему виной стали непредвиденные обстоятельства, и что победа была бы на стороне врагов, если бы кто-нибудь у них умел побеждать, очевидно намекая на то, что Помбей не организовал полномасштабного преследования, которое могло привести к полному разгрому цезарянцев.

Но справедливости ради стоит признать, что оба полководца, ввязавшись в позиционную войну, во многом надеялись разрешить сложившуюся ситуацию благодаря удачной случайности, и Помбей сумел найти выход из этой ситуации первым. Главным итогом битвы при Дерахии стало прекращение беспрецедентной осады, когда меньшая армия блокировала больше. Но теперь продолжение этой осады было невозможно.

В окружении Цезаря предлагали на следующий день дать новое сражение, но он, считая, что надо дать войску время оправиться от морального потрясения, пришел к заключению, что необходимо немедленно отказаться от плана позиционной войны и решил навязать противнику совершенно другой формат военных действий. Об этом я рассказал в следующем ролике, который уже доступен на Бусти в раннем доступе по ссылке в описании. Приятного просмотра!