Сколько стоило жильё в СССР

Сколько стоило жильё в СССР

После выхода трех выпусков, посвященных советским автомобилям, в комментариях скопилось много интересных вопросов, отвечая на каждый из которых можно наговорить на очередной выпуск. И одним из таких вопросов стал вопрос о ценах на советскую недвижимость. Многие ошибочно полагают, что вся советская недвижимость принадлежала государству, а следовательно не покупалась и не продавалась.

Однако правда жизни состоит в том, что даже по состоянию на 1990-й год 36,5% граждан СССР проживало в собственных домах. Причем в собственных домах люди жили не только в сельской местности, но также в городах и рабочих поселках, где доля индивидуальных домов составляла в среднем по стране одну шестую от всего тогдашнего жилого фонда. По этому поводу даже существовал специальный указ Президиума Верховного Совета Союза СССР от 26 августа 1948 года, в первом же пункте которого говорилось, что каждый гражданин и каждая гражданка Советского Союза имеют право построить или купить для себя жилой дом на правах личной собственности.

Правда при этом число этажей индивидуального дома ограничивалось двумя, а число комнат пятью. Впоследствии, уже при Хрущеве, в последний год его председательство и первосекретарство появилось еще одно ограничение. В Гражданский кодекс РСФСР и Гражданские кодексы некоторых союзных республик была внесена статья, ограничивавшая размер жилой площади частного дома шестью десятью квадратными метрами жилой площади.

Правда, у этих ограничений были и исключения. Если, например, семья застройщика была многодетной, то площадь и количество комнат можно было увеличить, получив на это разрешение в местном исполкоме. Если же в собственности одной семьи каким-то образом оказывался еще один дом, например, полученный по наследству, то этот дом в течение года было необходимо продать или подарить.

Если же дом сносили по решению государства, для того, чтобы на его месте что-нибудь построить или проложить какую-нибудь трассу, хозяева от государства получали не только квартиру, но и денежную компенсацию, причем не только за дом, но и за все хозпостройки, плодовые деревья и садово-огородные насаждения. Правда, по выбору владельца, вместо компенсации за дом могли выдать разрешение на разбор этого дома на стройматериалы, и в этом случае компенсацию получали только за то, что росло во дворе. Бывали, конечно, и те редкие случаи, когда дом сносили из-за того, что при строительстве хозяин превысил те самые нормы.

За такой дом не только не давали компенсации, но и сам снос производился за счет застройщика. Индивидуальные жилые дома вместе с окружающими хозпостройками покупались и продавались безо всяких ограничений. Цены их купли и продажи государством также никаким образом не регулировались и формировались исключительно на основе спроса и предложения.

Продажная их цена зависела от времени, места расположения дома, наличия или отсутствия в нем коммунальных удобств, которые в таких домах вообще-то были большой редкостью. А в случае с расположением в городе, еще и от того, в каком из городских районов они расположены. Например, вот этот вот дом, расположенный на самой окраине Алматы, у подножия Веригиной горы, ныне называемой горой Коктюбе, и даже не входивший тогда в состав города, а относившийся к одному из пригородных колхозов в 1957 году, стоил 6000 рублей.

В Москве 402, как вы помните из этого выпуска, стоил тогда 15. А в современных российских рублях по паритету покупательной способности, эти 6000 рублей равны 506 тысячам. В 1971 году этот дом был снова продан за 6000 рублей, но уже новыми.

Но тогда, в 1971, эти 6000 благодаря инфляции, составляли уже не 5 миллионов 60 тысяч, как можно было бы ожидать, а 3 миллиона 189 тысяч. Но все равно цена дома выросла в 6,3 раза. Удобств в нем за это время не прибавилось, транспортная его доступность по-прежнему была никакой.

Но ключевым фактором роста цены стало то, что эти места вошли в состав города, и обладание этим домом давало городскую прописку. Вот этот же дом, купленный в 1960 году за 12 тысяч, тоже пока еще дореформенных, находился уже в черте города. И в современной Алма-Ате это один из самых элитных районов.

Но если в 1957 году эти 12 тысяч в современных деньгах составляли бы миллион 12, то в 60-м эта сумма была равна 966 тысячам в современных российских рублях. Именно в этом доме и прошла дошкольная часть моего детства. Но дом этот давно уже снесли, на его месте теперь стоит въезд в подземный гараж элитной многоэтажки, а доме напоминает только вот этот тополь, стоявший некогда в трех метрах от нашей калитки.

Еще до сноса некоторые из наших соседей свои дома успели продать. Дома у них были такие же, как у нас, 51 квадрат жилой площади и 60 квадратов общий. Туалет был во дворе, а колонка на улице.

Печки топили углем, для разжигания которого требовались еще и дрова. Тем не менее, поскольку ходили слухи о скором сносе, а жителям сносимых домов давали квартиры, один из домов приезжие купили за 14 тысяч, а другой за 16. Это было дороже, чем стоили тогда кооперативные квартиры, которые в отличие от частных домов продавались населению по твердым государственным расценкам.

Мерой стоимости здесь был квадратный метр общей площади, который в 60-е годы оценивался в 95 рублей, с 1972 года в 165, а в последние советские годы в 240 рублей, за исключением районов с Вечной Мерзлотой, где строительство обходилось дороже. Во всех городах Советского Союза и даже в поселках городского типа, этот тариф был одинаков. Так, например, однушка вот в этом вот доме, построенном еще в 69 году, стоила ее будущим владельцам 2945, к тому времени давно уже новых рублей.

За эти деньги тогда можно было купить разве что горбатый запорожец, поскольку запорожец ушастый к тому времени стоил уже не 3, а все 3 500, а если перевести цену тогдашней однушки на современные деньги, то у нас получится 1 млн 677 тысяч рублей. Конечно, сейчас такие квартиры продают по гораздо более высоким ценам, и на сегодняшний день за однушку в этом доме просят 23 млн 500 тысяч тенге, что по существующему ныне обменному курсу равно 4 млн 700 тысячам рублей. Двухкомнатная же в подобном доме стоила в те времена 4 180, что было дешевле не только 412 москвича, но и параллельно выпускавшегося 408.

В деньгах 2023 года эти 4 180 69 равнялись бы 2 млн 380 тысячам. Трехкомнатная же квартира в подобных домах стоила 5 510, что было уже дороже любого москвича, но дешевле, чем 21 волга, а в современных рублях эта сумма составила бы 3 млн 138 тысяч рублей. В декабре же 23 года такая трешка продавалась за 33 млн тенге, что было равно 6 млн 600 тысячам рублей.

Правда, обменный курс тенге и рубля не соответствует паритету покупательной способности, и на самом деле тенге стоит гораздо дороже, но этот вопрос находится за пределами темы этого выпуска. Кроме того, следует сказать, что мало кто из покупателей сразу выкладывал полную сумму. Первый взнос на большинстве территорий Советского Союза составлял 40%, но в Казахстане, а также в ряде краев и областей Российской Федерации первый взнос был сокращен до 30%.

В этом месте некоторые могут сказать, что в советские времена РСФСР еще не называлась Российской Федерацией, еще как называлась. А кто в это не верит, почитайте хотя бы преамбулу к конституции РСФСР или например откройте 213-ю страницу 22-го тома Третьего издания Большой Советской Энциклопедии. На остальные 60-70% Стройбанк СССР выдавал низкопроцентную ссуду, которую потом равными долями погашали в течение 10-15 лет, выплачивая при этом полпроцента годовых.

-

Попробуйте РЖДТьюб - видеохостинг для железнодорожников!

Май 1972 года советским людям прежде всего запомнился тем, что водка с этого месяца, стоившая до этого 2,87 или 2,75 если не учитывать стоимость бутылки стала продаваться по 3,62, 12 копеек из которых по-прежнему составляла стоимость стеклопосуды. Но мало кто помнит, что с этого же месяца квадратный метр в кооперативных квартирах поднялся в цене до 165 рублей, вследствие чего кооперативные квартиры стали стоить на 74% дороже. Вот этот вот дом в Москве на Шипиловской улице тоже был кооперативным, но построен он был уже в 1976, поэтому однушка в нём стоила 5300 рублей, что в современных деньгах равно 2 млн 584 тысячам, 0 первые Жигули стоили к тому времени 6030 рублей, Москвич 412 – 6360, а Волга вообще 9453 и только Запорожец по-прежнему стоивший 3,5 стоил дешевле этой однушки.

Двушка в этом доме стоила 7326, то есть практически по цене Жигулей тройки, а вот трёшки в домах этой серии были двух типов, один из вариантов имел общую площадь 49,12 и стоил 8105, другой же вариант трёшки, окна и балкон спальни которой выходили на другую сторону дома имела общую площадь 59,12, такая трёшка стоила уже 9755, что было чуть больше тогдашней цены 24-й Волги, а в современных деньгах равнялась 4 млн 760 тысячам. Сегодня же за такую квартиру просят уже почти 15 млн. Доля кооперативного жилья в общем объёме строительства в 60-е годы увеличивалась, в 70-м достигла своего пика, составив 8,2% от общего числа построенных в том году квадратных метров, но в дальнейшем стало уменьшаться, упав к 85-му году до 5,1%.

Тем не менее, на конец 90-го года в кооперативном жилье проживало 26 млн 400 тысяч человек, что составляло 9,1% населения, автомобили же к тому времени как известно имели 5,9% и в целом автомобиль воспринимался как более ценная вещь, чем кооперативная квартира, и потому когда 24 июня 81-го года Верховный Совет СССР принял новые основы жилищного законодательства, разрешившие свободную продажу кооперативных квартир без согласия остальных членов кооператива в обмен на трехкомнатную кооперативную квартиру, стали охотно брать шестёрку и подержанную тройку и даже порой и копейку. Но о том, как дома и квартиры меняли на машины, я хочу сделать отдельный выпуск. А на сегодня пока всё, с вами был Сергей Шумаков и вы смотрели канал Правда Жизни.