Откуда угроза ( о военной политике СССР)

Откуда угроза ( о военной политике СССР)

СОВЕТСКОЕ государство начало свое существование с Декрета о мире. Этот декрет, подписанный Владимиром Ильичем Лениным, стал исходным для наших будущих военных доктрин. До Великой Октябрьской социалистической революции большевики отвергали необходимость регулярной армии. Они были убеждены, что победившую революцию будет в состоянии защитить народная милиция. Однако внутренняя контрреволюция и интервенты навязали нашей стране гражданскую войну. Без регулярной армии защитить революцию в ходе этой войны было невозможно. После гражданской войны наши Вооруженные Силы сократились в десять раз и насчитывали около 500 тыс. человек. В 20-е и 30-е годы армия базировалась в основном на территориально-милиционной системе и только часть ее была кадровой. И так обстояло почти до самого начала второй мировой войны. Только в 1939 году Советские Вооруженные Силы перешли на кадровую систему.

И эти решения определялись не желанием кому-то угрожать, а все возраставшей реальней угрозой для нашей страны. Они были вынужденными. В Европе поднимал голову фашизм. Гитлер провозгласил поход на Восток. Мюнхенское соглашение (сентябрь 1938 г.) подталкивало фашистскую агрессию в этом направлении. В Германии форсированными темпами завершалось создание профессиональной, регулярной армии. Экономика страны переводилась на военные рельсы. Перед лицом этой опасности пришлось нам принимать решения и о наращивании численности армии, и о развертывании оборонной промышленности в ущерб другим мирным программам. Темпы действительно тогда решали все. Их нам диктовала суровая реальность, необходимость обеспечения безопасности страны.
В предвоенные годы в короткий срок советский народ своим самоотверженным трудом вывел когда-то отсталую Россию в ряд передовых мировых держав, создал прочные основы индустриализации и оборонной мощи Страны Советов. Все это имело большое значение для достижения победы в Великой Отечественной войне. Советско-германский фронт был главным театром второй мировой войны. Советский народ и его Вооруженные Силы вынесли на себе основную тяжесть войны и внесли решающий вклад в достижение победы над фашистскими государствами во второй мировой войне.
Мы победили в войне не потому, что были более агрессивны. Мы хотели быстрее кончить войну и тем самым раз и навсегда покончить с войнами.
Великая Отечественная война для нашей Родины и ее народа была самой тяжелой за всю историю. Большая часть ее велась на нашей территории. Наши людские потери составили более 20 млн. человек. За годы войны фашистские захватчики полностью или частично разрушили и сожгли 1710 городов и поселков, более 70 тыс. деревень, свыше 6 млн. зданий, полностью лишив крова 25 млн. человек, разрушили 32 тыс. промышленных предприятий и 65 тыс. км железнодорожных путей, разорили сельское хозяйство. Территория Советского Союза западнее рубежа Ленинград—Москва — Астрахань находилась в развалинах.

Ее надо было восстанавливать, отстраивать заново. Танковые заводы снова становились тракторными, заводы по выпуску снарядов начинали выпускать культиваторы для сельского хозяйства. Вся внутренняя и внешняя политика страны была сугубо миролюбивой, и другой она не могла быть.

Подтверждением этого служит то, что Советский Союз с июля 1945 года по 1948 год сократил численность армии с 11 млн. 365 тыс. человек до 2 млн. 874 тыс. Только за 1945—1946 гг. количество военных округов уменьшилось на 12. Было 33, стало 21. Военные расходы были сокращены с 43 проц, от общего бюджета страны в 1945 году до 17,9 проц, в 1948 году.
Несмотря на все это, сегодня нас подозревают и пытаются обвинять в том, что мы будто бы сразу после войны составили обширные планы завоевания Европы и даже нападения на США. Но это всегда делалось и делается сейчас в некоторых западных странах с единственной целью: под прикрытием этой дымовой завесы отвлечь внимание общественности от своих агрессивных намерений. Сразу после второй мировой войны главной целью военной доктрины США было уничтожение мировой системы социализма и утверждение гегемонизма США. В 1945 году в послании Трумэна Конгрессу утверждалось, что победа во второй мировой войне поставила американский народ перед лицом постоянной и жгучей необходимости руководства миром. В последующие годы эта установка подтверждалась всеми президентами в различной форме.

23 апреля Трумэн на совещании в Белом доме предложил демонтировать советско-американские отношения. Военным руководителям «стоило труда урезонить своего главнокомандующего. Сошлись на том, что союзные отношения с СССР будут прекращены после капитуляции Токио».
19 сентября 1945 года Объединенный комитет начальников штабов одобрил идею нанесения США первого удара по потенциальному противнику. Первым документом, прямо нацеленным против СССР, являлся меморандум объединенного разведывательного комитета за № 329 от 4 сентября 1945 года. Обращает внимание, что он был составлен на следующий день после официального завершения мировой войны. В нем говорилось: «Отобрать приблизительно 20 наиболее важных целей, пригодных для стратегической атомной бомбардировки в СССР и на контролируемой им территории».

В 1949 году разработан план «Дропшот», изданный в Нью-Йорке в 1978 году в виде книги с подзаголовком «Американский план войны с Советским Союзом в 1957 г.». Намечалось сбросить на 100 городов Советского Союза 300 атомных бомб в первом ударе. В 1952 году Трумэн пытался ускорить выполнение плана «Дропшот». Он «дважды рассматривал возможность применения угрозы ядерной войны против СССР». В начале 80-х годов в личном архиве Г. Трумэна нашли семь пожелтевших листков, хранящихся с 27 января 1957 года за особыми печатями. В тот день Трумэн перенес на бумагу охватившее его безумие «на высшем уровне»: бумага зафиксировала решение предъявить Москве «ультиматум в десятидневный срок». Далее перечислялись советские города, которые «будут стерты с лица земли». План «Дропшот» — лишь эпизод в цепи послевоенного планирования различных вариантов войны против СССР. Книга бывшего президента Р. Никсона так и называется «Реальная война». Она пронизана идеей, что третья мировая война началась в 1945 году. В своей книге «Америка отступает от победы» Маккарти высказал суждение о том, что «третья мировая война началась с русской победы у Сталинграда».

Военные планы 1947—1949 гг. основывались на следующем. Первое: война с СССР — реальность, если не удастся «отбросить» мировой социализм; второе: СССР и его союзники не должны достигнуть уровня США в военном и экономическом отношении; третье: США должны быть готовыми первыми использовать ядерное оружие.

В марте 1948 года Совет национальной безопасности в меморандуме № 7 обобщил главные цели американской внешней военной политики. Они выглядят следующим образом: разгром сил мирового коммунизма, руководимого Советами, имеет жизненно важное значение для безопасности Соединенных Штатов. Этой цели невозможно достичь с помощью оборонительной политики. Поэтому Соединенные Штаты должны взять на себя руководящую роль в организации всемирного контрнаступления с целью мобилизации и укрепления собственных сил и антикоммунистических сил несоветского мира, а также в подрыве мощи коммунистических сил.
18 августа 1948 года утверждена директива Совета национальной безопасности под номером 20/1. Она называлась «Цели США в отношении России».
Из вступительной части:
«Правительство вынуждено... наметить определенные военные цели в отношении России уже теперь, в мирное время...» L
«Наши основные цели в отношении России:
а) свести мощь и влияние Москвы до пределов, в которых она не будет более представлять угрозу миру и стабильности международных отношений;
б) в корне изменить теорию и практику международных отношений, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России» 2.
Далее в директиве говорилось:
«Речь идет прежде всего о том, чтобы Советский Союз был слабым в политическом, военном и психологическом отношениях по сравнению с внешними силами, находящимися вне пределов его контроля» 3.
Что же касается «послевоенного урегулирования», то здесь «плановикам» недоставало уверенности в полной победе, поэтому предполагалось несколько вариантов. Например:
«В худшем случае, то есть при сохранении Советской власти на всей или почти на всей нынешней советской территории, мы должны потребовать:
а) выполнения чисто военных условий (сдача вооружения, эвакуация ключевых районов и т. д.), с тем чтобы надолго обеспечить военную беспомощность;
б) выполнения условий с целью обеспечить значительную экономическую зависимость от внешнего мира... Все условия должны быть подчеркнуто тяжелыми и унизительными для коммунистического режима»4.
При более предпочтительном исходе войны директива СНБ-20/1 планировала:
«Мы должны принять меры безопасности, которые автоматически обеспечивали бы такое положение, что даже некоммунистический и дружественно настроенный по отношению к нам режим:
а) не имел бы сильного военного потенциала;
б) экономически в значительной степени зависел бы от внешнего мира» 5.
Американских военных руководителей, сочинявших планы ядерно-го уничтожения СССР, ничуть не смущало, что директива СНБ-20/1 повторяла, по существу, по идеям и даже местами словесно директиву Гитлера № 21 по плану «Барбаросса».
Стратегия существования подготовленных СНБ планов была одобрена Г. Трумэном в форме директивы № 30 от 16 сентября 1948 года.

В ней говорилось, что вооруженные силы «должны быть готовы незамедлительно и эффективно использовать все надлежащие средства, имеющиеся в их распоряжении, включая атомное оружие», и обязаны «разработать соответствующие планы» 6.
Другой директивой СНБ-10/2 от 1948 года предписывались также подрывные действия, и, разумеется, не только в военное время. Директива указывала: «Тайные операции включают пропаганду; экономическую войну; превентивные прямые действия, включая саботаж... подрывную работу против враждебных государств, включая помощь подпольному движению... Эта деятельность планируется и проводится так, что внешне не заметен ее организатор — правительство США, а в случае каких-либо разоблачений правительство США может правдоподобно отрицать всякую ответственность за нее»7. А руководителям Пентагона, мистифицированным своими же директивами, вообще не терпелось поскорее обрушить ядерные бомбы на Советский Союз. Министр армии США убеждал правительство: «Мы тратим 98 проц, всех расходов по атомной энергии на изготовление оружия. Если мы не намереваемся использовать его теперь, тогда это не имеет никакого смысла»8.
Не молчали и законодатели. Председатель сенатской комиссии по атомной энергии Макмагон открыто призывал начать войну. «Война с русскими неизбежна»,—утверждал он. Надо «смести их с лица земли, и быстрее... Весь мир вращается вокруг взрывающегося атома — в этом заключено все, и нет никакой другой надежды»9. А в ноябре 1947 года генерал ВВС X. Ванденберг задавался вопросом, что уничтожать в случае войны: «русский народ, промышленность, коммунистическую партию или всех вместе?» 10.
23 ноября 1948 года принимается меморандум СНБ-20/4, где подтверждались основные положения директивы СНБ-20/1 и обосновывалось положение, согласно которому СССР — это «единственная величайшая угроза для США в обозримом будущем» и. Директива СНБ-20/4 послужила основой для составления последующих планов атомных бомбардировок СССР. К концу года (21 декабря) главнокомандующий ВВС представил Объединенному комитету начальников штабов оценку планов стратегического наступления в воздухе, где говорилось:

«2. Война начнется до 1 апреля 1949 года.
3. Атомные бомбы будут применены в таком масштабе, в каком это будет возможно и желательно...
32а. После тщательного рассмотрения вопросов о числе имеющихся атомных бомб, радиусе действия авиации союзников, ориентировочной точности попадания при бомбардировках, возможных масштабах налета и времени, необходимого для его осуществления, очень важно наметить районы, где расположены наиболее значительные советские промышленные центры...
...в. Карты с обозначенными целями и маршрутами полетов для осуществления операций, затрагивающих первые 70 городов, будут готовы к 1 февраля 1949 года» 12.
Масштабы атомного удара варьировались в зависимости от накопления атомных бомб. В середине 1948 года появился план «Чариотер». Война должна была начаться «концентрированными налетами с баз в Западном полушарии и Англии с применением атомных бомб против правительственных, политических и административных центров, промышленных центров и отдельных предприятий нефтяной промышленности»

Намечалось сбросить 133 атомные бомбы на 70 советских городов (эти цифры были подтверждены планом операции «Троуджэн», одобренном в декабре 1948 г.), из них 8 — на Москву и 7 — на Ленинград. Затем планировалось сбросить еще 200 атомных бомб и 250 тыс. т обычных бомб. На смену «Чариотеру» пришел комплексный план «Хафмун», позднее переименованный во «Флитвуд», а затем в «Даблстар» 14.
Для анализа возможных последствий атомного нападения на СССР в начале 1949 года был создан специальный комитет во главе с генералом X. Хармоном. 11 мая того же года комитет представил свой сверхсекретный доклад «Оценка последствий стратегического воздушного наступления для боеспособности СССР». Комитет пришел к выводу, что такое наступление — «единственное средство причинить внезапный и серьезный ущерб жизненно важным элементам советского военного потенциала... Его целесообразно было бы предпринять на начальном этапе, так как это дало бы весьма значительные и непреходящие преимущества» 15. По оценкам комитета, первый атомный удар привел бы к гибели 2,7 млн. человек, а 4 млн. было бы ранено.
Исходя из этих посылок, комитет пришел к выводу, что превыше всего стоят «преимущества раннего применения атомного оружия». Доклад стимулировал расширение производства ядерного оружия. Осенью 1949 года Трумэн одобрил значительное увеличение производства ядерного оружия, запрошенное Комитетом начальников штабов на доклад комитета Хармона. Уже в следующем году по плану «Офф-тэкл» предусматривалось нанесение ударов по 104 городам с применением 220 атомных бомб. 72 бомбы держались в резерве для второго удара.

Фактически США готовили войну против Советского Союза. Мир приближался к катастрофе. Планы нападения на СССР разрабатывались один за другим. Экономика США переводилась на военные рельсы. Милитаристские идеи полным ходом внедрялись в сознание и психологию людей. Цели пропагандистской политики сводились к возбуждению ненависти к Советскому Союзу. Предпринимались настойчивые усилия, чтобы пристегнуть к подготовке атомной войны западноевропейские государства. Создается ударная сила агрессии — НАТО. Это было весной 1949 года.
Но осенью того же года произошло событие, положившее конец американскому военному превосходству. 3 сентября 1949 года бомбардировщик В-29, пролетавший над северной частью Тихого океана, обнаружил повышенную радиоактивность. Стало ясно: в Советском Союзе испытана атомная бомба. ТАСС сообщил: «...Советский Союз овладел секретом атомного оружия еще в 1947 году.
Что касается тревоги, распространяемой по этому поводу некоторыми иностранными кругами, то для тревоги нет никаких оснований. Следует сказать, что Советское правительство, несмотря на наличие у него атомного оружия, стоит и намерено стоять в будущем на своей старой позиции безусловного запрещения применения атомного оружия» 16.
И все же военные приготовления в США продолжались. Вынашиваются планы превентивного удара. Определяется новая дата войны — 1 января 1950 года. Планировалось сбросить 300 атомных бомб и 20 тыс. т обычных бомб на 100 советских городов. Новому плану дали название «Троян». Но анализ вновь показал, что потери будут слишком велики, молниеносность и внезапность не будут обеспечены, базы на Британских островах могут быть разрушены, а защищать Западную Европу не хватит сил. Американскому министру авиации было доложено 11 апреля 1950 года: «ВВС США не могут: а) полностью осуществить авиационное наступление по плану «Троян»; б) обеспечить противовоздушную оборону территории США и Аляски» 17. Развязывание войны откладывается.
Особой авантюристичностью отличалась директива СНБ-68. Она была утверждена Г. Трумэном 30 сентября 1950 года и полностью подтверждала цели, выдвинутые в директиве СНБ-20/4.

Авторы меморандума, который лег в основу директивы СНБ-68, писали: «Советская угроза безопасности США резко возросла. Она носит тот же характер, что указан в директиве СНБ-20/4, утвержденной президентом 24 ноября 1948 года, однако она значительно ближе, чем считали раньше. Республика и ее граждане в зените своей мощи подвергаются самой страшной опасности. Речь идет о жизни или смерти не только республики, но и всей цивилизации» 18. Как видим, американские политики того времени были большими мастерами демагогии даже в закрытых документах,
В директиве СНБ-68 четко отражены интересы военно-промышленного комплекса. Рекомендовалось значительное повышение военных расходов, вплоть до 50 проц, валового национального продукта страны. Кроме чисто милитаристских целей выражалась надежда втянуть СССР в новую гонку вооружений и на этом пути обескровить его. Директива содержала и такие примечательные слова: «Нам предлагают заявить, что мы не станем применять атомное оружие, иначе как в ответ на применение этого оружия агрессором... Если мы не собираемся отказаться от наших целей, мы не можем искренне выступить с таким заявлением, пока не убедимся, что в состоянии достигнуть наших целей без войны или в случае войны, не применяя атомное оружие в стратегических и тактических целях» 19.
Директива была программной, она не только предусматривала рост вооружений и готовности к самой войне, но и требовала «сеять семена разрушения внутри советской системы», ведения «открытой психологической войны», осуществления «мер и операций тайными средствами в области экономической, политической и психологической войн». Политика «сдерживания» характеризовалась как политика «постепенного принуждения».

Совсем похоже на то, как говорят некоторые деятели в 80-х годах, звучат конечные цели директивы, хотя и обозначены более 30 лет назад. Вот они:
«1 . Мы должны стать сильными как в утверждении наших принципов в национальной жизни, так и в развитии нашей военной и экономической мощи.
2. Мы должны быть первыми в строительстве успешно функционирующей политической и экономической системы свободного мира.
3. Но, помимо утверждения наших принципов, наша политика и действия должны вызвать коренные изменения в характере советской системы... Если эти изменения явятся в основном результатом действия внутренних сил советского общества, то они будут эффективнее и обойдутся нам дешевле» 20.
В последний год правления Г. Трумэна мир был особенно близок к атомной войне. Втянувшись в корейскую авантюру, американские правящие круги не знали, как ее закончить. И вновь атомный шантаж, угрозы. Американский президент писал 27 января 1952 года: «Мне кажется, что правильным решением теперь был бы ультиматум с десятидневным сроком, извещающий Москву, что мы намерены блокировать китайское побережье от корейской границы до Индокитая и что мы намерены разрушить все военные базы в Маньчжурии... мы уничтожим все порты или города для того, чтобы достичь наших мирных целей... Это означает всеобщую войну. Это означает, что Москва, Санкт-Петербург, Мукден, Владивосток, Пекин, Шанхай, Порт-Артур, Дайрен, Одесса и Сталинград и все промышленные предприятия в Китае и Советском Союзе будут стерты с лица земли. Это — последний шанс для советского правительства решить, заслуживает ли оно того, чтобы существовать, или нет!»21.
Заканчивая свое президентство, Г. Трумэн оставил преемнику концепцию стратегического планирования, в которой первому ядерному удару отводилась решающая роль.

В первых директивах по вопросам войны после вступления в должность Д. Эйзенхауэра упоминания о первом ядерном ударе были убраны, но вскоре они появились вновь. Уже 7 октября 1953 года на заседании Совета национальной безопасности было определено, что «в случае военных действий Соединенные Штаты будут рассматривать возможность применения ядерного оружия на такой же основе, как и других боеприпасов». Военное руководство США вновь выдвинуло идею первого ядерного удара, но теперь уже прикрываясь более активными разговорами об обороне, запугивая советской ядерной атакой и т. д. Начались надуманные рассуждения о том, что «советская угроза» ставит США перед необходимостью «начать войну ради обеспечения собственной обороны». По плану «Соляриум» Советскому Союзу предполагалось предъявить ультиматум с требованием согласиться на американские условия. Отказ означал войну. Этот вариант всерьез обсуждался Д. Эйзенхауэром и Дж. Даллесом. В новой директиве СНБ-5410/1 цель сформулирована так: «Достижение победы, которая гарантирует выживание США» 22.

Возникло множество военно-политических проектов превентивной войны. Например, группа перспективных исследований при Комитете начальников штабов предложила рассмотреть возможность «преднамеренного ускорения войны с СССР в ближайшем будущем», прежде чем «советский термоядерный потенциал превратится в реальную угрозу»23. Хотя планы превентивного удара не получили официального одобрения, вопрос о нападении на СССР не был снят. Теперь начали говорить об «упреждающем ударе». Командующий ВВС Лимэй заявил, что мы «не поколеблемся нанести удар первыми». Генерал понимал, что пропагандистской машине США сфабриковать причины для «упреждающего удара» было делом легче легкого. Стратегия превентивного удара прожила в словесной опале недолго. В марте 1954 года президент Эйзенхауэр поручил научной консультативной комиссии провести изучение проблемы внезапного удара в термоядерный век. Комиссия сочла необходимым ускорить разработку баллистических ракет24.
А пока шли споры о приоритетных объектах для нападения, в Пентагоне продолжали продвигать идею о внезапном обезоруживающем ударе. Например, группа по оценке систем вооружений-12 утверждала, что реализация сценария атомного наступления, изложенного в едином плане использования стратегических средств, могла бы обеспечить достижение конечной цели — прекращения всеобщей войны одним ударом. Такой удар уничтожил бы практически весь советский потенциал производства атомного оружия, разрушил бы 118 из 134 крупных городов, вызвал бы гибель 60 млн. человек и «практически уничтожил бы промышленный потенциал советского блока». Но в том же докладе содержалось и предупреждение, что, даже если бы стратегическая авиация уничтожила все 645 аэродромов, выделенных ей в качестве целей, осталось бы как минимум 240 аэродромов, на которых могли быть рассредоточены советские бомбардировщики и где они уцелели бы при нападении25. Это считалось достаточным для ответного удара по США и его союзникам.

Замаячила новая дата нападения на СССР—1 января 1957 года. Кодовое название плана — «Дропшот», который предусматривал участие всех стран НАТО. Готовясь к его осуществлению, американцы активизировали сбор разведывательной информации. По инициативе ЦРУ была проведена операция «Моби Дик», в ходе которой на территорию Советского Союза от Западной Европы до Японии запускались большие воздушные шары с установленными на них камерами ВВС. Была осуществлена (с 1949 по 1953 г.) программа «Рингер». В ее проведении участвовали 1300 военных и гражданских служащих в Западной Германии, Австрии и Японии, которые опрашивали бывших советских граждан для выявления перечня объектов для атомного поражения 26.
Срок претворения в жизнь плана «Дропшот», несомненно, связывался с завершением ремилитаризации ФРГ и был рассчитан на максимальное использование западногерманского и японского «пушечного мяса». Территория и население этих стран обрекались на уничтожение.

На первом этапе войны планировалось сбросить на Советский Союз свыше 300 атомных и 250 тыс. т обычных бомб, уничтожить до 85 проц, промышленности. На втором этапе продолжаются наступательные операции и готовятся наземные силы НАТО: 164 дивизии, включая 69 американских. На третьем этапе с запада в наступление переходит 114 дивизий НАТО, с юга (с высадкой на побережье Черного моря) — 50 дивизий. Все это, по замыслам, принуждает СССР к капитуляции. В целом по плану «Дропшот» предполагалось задействовать объединенную армию численностью 20 млн. человек. Расправившись таким образом с Советским Союзом, американские милитаристы планировали будущее советского народа. Во-первых, СССР оккупируется. Наземные оккупационные войска насчитывают 1 млн. человек в составе 38 дивизий. Территория Советского Союза делится на 4 зоны: западная часть СССР, Кавказ — Украина, Урал — Западная Сибирь — Туркестан, Восточная Сибирь — Забайкалье — Приморье. Зоны разделены на 22 подрайона. В Москве—две дивизии оккупантов, по одной — в двадцати других советских городах. В обязанности оккупационных войск вменяются и карательные функции. Главной задачей оккупационных войск являлось «уничтожение организационной структуры, посредством которой руководители коммунистической партии способны оказывать политическое, моральное и воспитательное влияние на отдельных граждан или группы граждан...» Таковы документальные данные.
Несмотря на все это, Советский Союз продолжал настойчиво проводить миролюбивую политику, выступал против разделения Европы на военные блоки, вносил предложения о ликвидации и недопустимости применения ядерного оружия.
Вместе с тем перед лицом таких суровых реальностей в условиях развязывания «холодной войны» и с учетом возраставшей военной угрозы Советский Союз был вынужден несколько усилить состав своих Вооруженных Сил и принять ответные меры против ядерной угрозы. Но в начале 60-х годов Советские Вооруженные Силы были вновь сокращены на 1,2 млн. человек.

Политика Советского государства оставалась миролюбивой, военные планы оставались сугубо оборонительными.
Директор Института современной истории университета штата Огайо Дж. Л. Геддис пытается поставить это под сомнение. Он доказывает, что наверняка и у СССР были планы агрессии и даже нападения на США 27. И что подобные планы разрабатываются в любой профессиональной военной организации. Но нет никаких оснований для такого утверждения. Планы могут быть разными. Рассмотрим этот вопрос с точки зрения фактов и логики. Как и чем мог СССР осуществить такое нападение на США?
Прежде всего наша страна не имела необходимого для этого флота. США и Англия имели авианесущие корабли всех классов — 167, палубных самолетов — 7700, а СССР — ни того, ни другого; подводных лодок: США и Англия — 405, СССР—173 (соотношение 2,3:1); линейных кораблей и больших крейсеров: они — 36, мы — 4 (9:1); крейсеров — 135 и 10 (13,5:1); эскадренных и эскортных миноносцев— 1059 и 57 (18,6:1), СССР практически не имел десантных кораблей, а в США в 1947 году их насчитывалось 1114, войсковых транспортов — 628.
В США уже в марте 1946 года было создано командование стратегической авиации, образованы четыре воздушные армии стратегической авиации (8, 15, 20 и 21 ВА), каждая из которых включала по 2—3 авиационных дивизии. В 1947 году в САК ВВС США вошли только 8 и 15 ВА, в составе которых было 316 стратегических бомбардировщиков, в том числе 148 В-29 (с бомбовой нагрузкой более 9000 кг и дальностью полета 7300 км).
Советский Союз в 1947 году практически не имел стратегической авиации. В дальней авиации было всего 1839 самолетов (преимущественно Ил-4, Ли-2, 32 самолета ТБ-7). Радиус их действия не превышал 1500—2000 км.

В конце 1946 — начале 1947 года Генеральный штаб ВС СССР представил Высшему Военному Совету «План активной обороны территории Советского Союза», Согласно этому плану перед Вооруженными Силами ставились следующие задачи:
— обеспечить надежное отражение агрессии и целостность границ, установленных международными соглашениями после второй мировой войны;
— быть готовыми к отражению воздушного нападения противника, в том числе с возможным применением атомного оружия;
— ВМФ быть готовым отразить возможную агрессию с морских направлений и обеспечить поддержку Сухопутных войск, действующих в приморских районах.
Для решения этих задач предусматривалось, что Вооруженные Силы на основных направлениях должны состоять:
а) из армии отпора, включающей в себя и войска укрепленных районов;
б) войск резерва Верховного Главнокомандования;
в) второочередных войск и новых формирований для питания прежде всего этих направлений в ходе военных действий. Второй и третий компоненты планировалось развертывать лишь на время войны для отражения агрессии.

ОСНОВНЫЕ ЗАДАЧИ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ ОПРЕДЕЛЯЛИСЬ СЛЕДУЮЩИМ ОБРАЗОМ
Армия отпора, опираясь на укрепленные районы, обязана разбить противника в полосе приграничной зоны обороны и подготовить условия для перехода в контрнаступление. Одновременно со всем этим она должна иметь в готовности необходимые силы и средства для уничтожения в приграничной зоне обороны высадившихся десантов противника.
Военно-Воздушные Силы и Войска ПВО, входящие в состав армии отпора, должны надежно прикрыть с воздуха главные силы армии отпора и быть в постоянной готовности к отражению внезапного нападения авиации противника.

Войска резерва Верховного Главнокомандования предназначаются для того, чтобы совместно с армией отпора нанести сокрушительный удар по главным силам противника, нанести им поражение и участвовать в контрнаступлении.
Кроме этих задач войска резерва должны быть всегда готовы частью своих сил ликвидировать возможные воздушные и морские десанты противника, для чего оперативным планом войскам резерва приписывается территория, за которую они несут ответственность в противодесантном отношении.

Второочередные войска должны были содержаться в мирное время по сокращенным штатам. Второочередные войска должны были отмобилизовываться не позже 7-го дня мобилизации и к 10—20-му дню (ориентировочно) полностью закончить сосредоточение вблизи фронта в заранее предназначенных для них районах или в районах в зависимости от обстановки для наращивания усилий по отражению агрессии.
Военно-морские силы в начальный период войны должны были ограничиваться содействием армии отпора путем высадки десантов, обеспечения приморских флангов, недопущения высадки десантов противника и посильными самостоятельными действиями, как-то: нарушение морских коммуникаций противника, постановка минных заграждений и закрытие важных морских направлений.
СССР, не имея ни соответствующих сил флота, ни стратегической авиации, не мог помышлять о нападении на государство, расположенное за многие тысячи километров. В соответствии с этим исключительно оборонительные задачи и планы имели группы войск и военные округа. В этом наглядно можно убедиться по «Оперативному плану Группы советских оккупационных войск в Германии», важнейшей группировки Советских Вооруженных Сил. Весь план, задачи, поставленные армиям, авиации и другим родам войск, пронизаны оборонительными целями и оборонительными способами действий. Этот план до недавнего времени был совершенно секретным. Сегодня с разрешения Генерального штаба ВС СССР мы публикуем его.

Можно обратить внимание на такое важное обстоятельство, что согласно поставленным задачам и по решению главнокомандующего войсками группы предусматривалось основные усилия сосредоточить в 50—150 км от госграницы ГДР, а впереди иметь лишь части прикрытия. Нетрудно понять, что при наличии хоть каких-то наступательных намерений группировки войск организация обороны не может строиться подобным образом. Да и намеченные контрудары в глубине обороны предусматривали лишь восстановление положения в обороне. Таким образом, весь план носит исключительно оборонительный характер. Такие задачи и планы имели и другие группы войск и военные округа.
Все это убедительно подтверждает отсутствие каких-либо агрессивных намерений со стороны Советского Союза и исключительно оборонительный характер стратегических и оперативных планов Советских Вооруженных Сил.
В настоящее время, когда во всем мире набирает силу новое политическое мышление и происходят позитивные изменения в отношениях между СССР и США, интересы дела требуют не конфронтации, а поиска новых путей сотрудничества между нашими странами, в том числе и по военной линии. Но для этого необходим прежде всего объективный подход к анализу как исторических, так и современных событий.
Публикацию подготовил М. А. ГАРЕЛОВ