Почему у разных народов похожие мифы и технологии

Почему у разных народов похожие мифы и технологии

Если взглянуть на карту древних цивилизаций, бросается в глаза странная картина. На разных континентах, в разное время, без контакта друг с другом, люди строили пирамиды. Использовали одни и те же геометрические формы.

Почитали Солнце. Вырезали на камне одинаковые символы – спирали, змей, круги. Создавали мифы о Великом потопе, о Космической горе, о Мировом дереве.

У майя – ступенчатые храмы. У египтян – гладкие пирамиды. У инков – культ Солнца.

У шумеров – небесная геометрия. У жителей Нового Гвинея – ритуалы, напоминающие обряды Древнего Востока. У неолитических европейцев – те же спирали, что и у народов Полинезии.

Это похоже на головоломку. Как так получилось, что народы, разделенные океанами, придумали похожие идеи? Но здесь нет ни таинственных сверхцивилизаций, ни скрытых посланий в камнях. Настоящее объяснение гораздо интереснее и куда более земное.

Древние цивилизации жили в одном и том же мире, под одним и тем же небом. Смотрели на одну и ту же Луну. Использовали одни и те же материалы – камень, глину, дерево.

Столкнулись с одинаковыми вызовами – от наводнений до дефицит ресурсов. Обнаружили, что свойства камня и математики одинаковы в Египте и в Андах, потому что физика не меняется от континента к континенту. Именно поэтому, если собрать самые разные артефакты древности на одной выставке, возникает ощущение, что между ними есть невидимая нить, будто древние инженеры пользовались одним учебником.

Но никакого учебника не было, были одинаковые задачи. И были люди, которые решали их методами, доступными тому времени. Эта мысль – ключ к пониманию всех дальнейших параллелей.

Чтобы раскрыть ее, нам нужно не искать тайные знания, а посмотреть, что объединяло цивилизации на глубоком уровне – природные условия, технологии, доступные материалы, математику, астрономию и географию. И тогда окажется, что древний мир не был мистически связан. Он был связан с закономерностями природы и инженерии.

Именно здесь начинается наше путешествие. С простого вопроса – почему древние культуры приходили к таким похожим представлениям о мире? Дальше мы разберем эти параллели одну за другой, от природы и материалов до архитектуры и мифов. Чтобы понять, почему у древних народов возникали одинаковые идеи, нужно начать с самого простого – с того, что все они смотрели на один и тот же мир.

Неважно, в какой точке планеты ты жил 5000 лет назад, законы природы вокруг тебя были одинаковые. Солнце каждый день поднимается на востоке и садится на западе. В самый длинный день оно поднимается выше, в самый короткий – ниже.

Зимой свет уходит, летом возвращается. Луна неизменно проходит через свои фазы, от тонкого серпа до полного круга. И эти циклы невозможно не заметить.

Если ты земледелец, от них зависит урожай. Если скотовод, сезон дождей определяет, где будет трава. Если мореплаватель, звезды указывают путь.

Поэтому практически в каждой культуре появляются одинаковые концепции. Верхний мир – небо, нижний мир – подземье. Связь между ними.

Четыре стороны света. Цикл времени, смена дня и ночи. Годовые круги.

Это не заимствование. Это наблюдение за небом. Любой человек, даже без приборов, заметит, что солнце проходит один и тот же путь.

Что определенные звезды появляются только зимой. Что в день солнцестояния тень становится особенно короткой или длинной. Отсюда похожие солнечные храмы.

Похожие ориентиры на восток и запад. Похожие ритуалы, связанные с дождем, водой, плодородием. Потому что дождь приносит жизнь и разрушение одинаково в Египте, Индии, Китае и Андах.

Реки дают урожай, но могут смывать деревни. И это приводит к похожим мифам о Великом потопе. Не мистическим, а основанным на реальных природных катастрофах.

Горы казались местом, где небо ближе. Логично, что в разных культурах они превращаются в мировую вершину. Точку связи Земли и небес.

Молния, гром, солнце, туман, ветра. Одинаковые явления, которые приводят к похожим объяснениям. Даже символы круг, крест, спираль рождаются из одной природы.

Круг — форма Солнца и Луны. Крест — пересечение направлений. Спираль — рисунок морской раковины или вихря.

Древний человек не мог игнорировать окружающую среду. Жизнь полностью зависела от того, как он понимал циклы природы. Когда ждать дождей, когда начинать сеять, где искать воду, когда наступит жара, когда придет холод.

Поэтому, даже не встречаясь друг с другом, древние культуры приходили к одинаковым основам миропорядка. Они просто описывали один и тот же мир, каждая своими словами, но на одном языке природы. Ответ лежит не в загадочных цивилизациях, а в свойствах камня, глины и дерева.

Если мы хотим понять, почему древние культуры строили похожие здания, пользовались похожими инструментами и создавали схожую архитектуру, достаточно взять в руки два предмета — камень и дерево. Эти материалы похожи на логических диктаторов. Они заставляют инженера действовать определенным образом, независимо от того, в Египте он живет, в Перу или в Месопотамии.

Камень выдерживает огромный вес, но только в одном направлении — сверху вниз. Он почти не держит горизонтальных нагрузок. Поставь вертикальную стену слишком высоко, она треснет и уедет в сторону.

Попробуй сделать арку без понимания ее геометрии, и она упадет. Поэтому, когда древние народы пытались построить что-то действительно высокое, у них был по сути только один выбор — сделать основание широким, а верх узким. Так появляется пирамида — единственная форма, которая не хочет упасть.

Это не загадка, а чистая физика материалов. Другой пример — круглые дома неолита. Они встречаются от Ирландии до Ближнего Востока и вплоть до ранних поселений Азии.

Почему? Потому что круглая форма лучше всего сопротивляется ветру. Если у тебя стены из дерева, глины или камыша, круг распределяет нагрузку равномерно, и дом стоит в разы дольше. То же самое с водами и арками.

Они появляются в совершенно разных регионах — на Ближнем Востоке, в долине Инда, на Кавказе, в Андах. Почему? Потому что арка — это единственный способ заставить камень находиться в напряжении, а не в изгибе. Древний архитектор мог этого не объяснять формулой, но он видел — такая конструкция держится лучше.

Параллелей много. Террасные поля Инков и в Китае — ответ на крутые склоны и дождевые потоки. Дренажные системы в Индии и Крите — одинаковая логика управления водой.

Глинобитные стены и в Персии, и в Африке — климат диктует форму. Одинаковые каменные долбленные сосуды — когда инструмент ограничен, форма повторяется идеально. Подогнанные блоки в Андах и на Крите — последствия работы с неровным камнем без раствора.

Материалы ведут себя одинаково в любом месте планеты. И если у тебя нет железа, бетона и сложных инструментов, путь развития ограничен физикой. Даже транспортировка массивных блоков везде похожа.

Деревянные катки, сани, вода для скольжения, земляные рампы, рычаги. Именно эти методы оставили одинаковые следы — характерные борозды, потертости, шлифовку, углы и трещины. Когда археологи изучают ранние мегалитические сооружения, они часто обнаруживают почти идентичные инженерные решения, потому что другие просто не работали бы.

И это ключевой момент. Древние не копировали друг друга, они экспериментировали с тем, что было под руками. А физика давала одинаковый результат.

Именно поэтому, путешествуя по древнему миру, иногда кажется, что у его архитекторов был один учебник. Но никакого учебника не существовало. Были одинаковые материалы и одинаковые задачи.

Почему круг, треугольник и крест появляются в артефакт с по всему миру? И почему эти формы оказываются универсальными, даже без контактов между культурами? Одно из самых удивительных совпадений древнего мира — повторяющиеся математические формы. Круг, треугольник, крест, спираль. Пропорции, симметрия, оси.

Эти элементы появляются в Египте, Индии, Китае, Европе, Америке и Полинезии. И снова без контактов, без обмена знаниями, без общего источника. Но почему? Потому что математика — это не изобретение, а открытие.

И если ты строишь что-то из камня, измеряешь тень или наблюдаешь звезды, ты рано или поздно находишь одни и те же закономерности. Возьмем круг. Он возникает повсюду не потому, что кто-то его передал, а потому что круг — естественный результат вращения.

Солнца, луны, теней, водоворотов. Когда ты ставишь колышек в землю и следишь за тенью, ты получаешь дугу. Дуга — часть круга.

Круг — удобнейшая форма для измерения времени и направления. Теперь треугольник. Попробуй построить любой устойчивый каркас из палок, и у тебя неизбежно появится треугольная форма.

Это самая жесткая геометрическая фигура. Древнему человеку не нужно было знать геометрию Евклида, чтобы понять. Треугольник держит нагрузку, а квадрат гнется.

Отсюда наклонные стены, фронтоны, пирамидальные формы. Крест. Он появляется задолго до религий, потому что это пересечение двух фундаментальных линий — восток-запад и север-юг.

Четыре стороны света были важны в земледелии, навигации, строительстве. Именно поэтому крест встречается у шумеров, у неолитических европейцев, у народов Америки и в арктических культурах. Спираль.

Ее можно увидеть в морской раковине, завитке растения, вихрей воды, движении звезды по небосводу. Неолитический художник просто переносил природный рисунок на камень, и поэтому спираль встречается и в Новой Зеландии, и на Мальте, и в Ирландии. А теперь еще один важный момент — пропорции тела.

Человек универсален. У всех одинаковое количество суставов, одинаковая биомеханика, одинаковая структура движений. Если ты рисуешь человека, измеряешь длину шага или делаешь инструмент, ты неизбежно опираешься на одни и те же пропорции.

Это приводит к появлению стандартных размеров — локтя, шага, ладони, пяди. Эти меры встречаются в Египте, Вавилоне, Индии, Европе, Китае, не потому что они связаны, а потому что тело человека одно и то же. Даже симметрия возникает сама по себе.

Стоит провести линию от головы до ног, и все остальное в теле симметрично. Поэтому здания, статуи, маски, орнаменты симметричны. Это удобно строить, легко проверять и приятно глазу, потому что симметрия — это порядок, который человек видит в самом себе.

Таким образом, древняя математика не была искусством или символизмом, она была практическим инструментом — измерять, размечать, сравнивать, строить. И если у тебя есть палка, веревка, тень и внимательные глаза, ты приходишь к тем же открытиям, что и люди на другом конце земли. Почему древние храмы, пирамиды, святилища и дороги выровнены по одинаковым небесным ориентирам? Если есть что-то, что связывало все древние цивилизации, независимо от континентов, технологий и культуры, так это небо.

Оно было единственным по-настоящему общим объектом наблюдения для человека, где бы он ни жил. В пустыне Египта, в лесах Мезоамерики, в степях Евразии и на островах Полинезии люди смотрели на одинаковые циклы — восходы, закаты, фазы Луны, движения планет и возвращения звезд. Именно потому древняя астрономия так похожа по всему миру, не из-за контактов и не из-за утраченной цивилизации, а потому что все древние наблюдали одну и ту же закономерность — время идет по кругу.

Самый яркий пример — движение Солнца. В день летнего солнцестояния оно поднимается выше всего, в день зимнего — ниже. Это видно невооруженным глазом и не требует приборов.

Поэтому в Египте строили храмы, куда луч Солнца попадал раз в год в особый момент. Ума и пирамиды выстраивали так, чтобы в равноденстве тень превращалась в движущуюся змею. В Стоунхенде камни стоят так точно, что рассвет солнцестояния проходит по идеально выверенной линии.

Разные континенты — одна задача. Понять, когда начинать год, когда ждать разлива реки, когда сеять, когда харвестинг. А Солнце — единственный надежный маркер времени.

Именно поэтому оси храмов, пирамид и дорог часто совпадают с Востоком и Западом, с положением Солнца в конкретный день или с движением Луны. Это инженерное решение, а не мистическое. То же касается звезд.

Плеяды, маленькое, но яркое скопление, использовались как календарный ориентир у майя, у древних греков, у народов Японии, у скифов и у полинезийцев. Почему именно плеяды? Да потому что они легко узнаются и появляются в вечернем небе примерно в одно и то же время каждый год. Это идеальный маркер начала сезона.

И его подмечали независимо, без всяких контактов. Луна тоже создавала повторяющиеся циклы. Ее фазы видны всем, и каждая культура заметила, что 29 с лишним дней это один цикл.

Отсюда похожие лунные месяцы, праздники в полнолуние, 30-дневные деления, числовые совпадения. Даже числа, которые встречаются в древних календарях, появляются естественно. 12 месяцев, потому что примерно столько лунных циклов укладывается в год.

360 дней, потому что это удобное округление солнечного года. 7, потому что видимыми невооруженными глазом переходящими объектами считали Солнце, Луну и 5 планет. Причем это совпадает у шумеров, у майя и у древних индийцев, не потому что между ними был секретный контакт, а потому что планет в небе действительно видно ровно столько же.

Даже ориентация целых городов повторяется. Археологи замечают, что поселения Перу, Египта, Индия и Китая часто выстроены вдоль тех же направлений. Это не случайность, а инженерный подход.

Если ты наблюдаешь, на какую точку горизонта Солнца встает в важный день, то эта точка становится идеальным ориентиром для строительства. Прямая линия, заданная небом, превращается в ось города. Так Древний Мир получает еще одну общую черту – архитектура, ориентированная на космос.

И она возникает не потому, что народы копировали друг друга, а потому что небо одно и то же для всех. Когда численность общества растет, разные культуры начинают решать одни и те же проблемы и неизбежно приходят к похожим решениям. Если проследить развитие разных древних цивилизаций, становится заметна удивительная закономерность.

Когда общество достигает определенного размера и сложности, они начинают сталкиваться с одинаковыми проблемами. И, что важно, решают их очень похожими способами. Не потому что были контакты, не потому что существовала какая-то материнская культура, а потому что путь развития диктует сама логика выживания.

Представим любое поселение, которое выросло из маленькой деревни в ранний город. Сначала у него одна задача – выжить. Но когда людей становится 3, 5, 10 тысяч, возникают вопросы куда серьезнее.

Нужно учитывать запасы зерна. Нужно хранить воду. Нужно управлять рабочей силой.

Нужно вести учет налогов. Нужно защищать поселение от набегов. Нужно организовать строительство дорог, храмов, ирригации.

И древний мир отвечает на это одинаково, даже если на карте между культурами тысячи километров. Так появляется письменность не ради поэзии, а ради учета. Шумеры записывали количество зерна и овец на табличках.

Египтяне использовали иероглифы для налогов. Майя – для календарей и ритуальных задолженностей. Все это – попытка фиксировать информацию, когда устная память уже не справляется.

Появляются дороги. В Перу – каменные тропы инков. В Риме – идеально расчетные торговые маршруты.

В Египте – дорожные насыпи вдоль Нила. Как только товары начинают обмениваться, дорога превращается в технологическую необходимость. Появляется центральный храм или площадь, откуда управляют хозяйством.

Это не идеология. Это место, где решают, кому что строить, куда направить людей, как распределить ресурсы. Большой город просто не может существовать без центра координации.

Появляются ирригационные системы. Шумеры строят каналы, чтобы контролировать разливы Тигра и Евфрата. Египтяне используют нильские паводки как природный календарь.

Китайские цивилизации создают дамбы и водные магистрали. Независимо от континента, вода – это жизнь и, главное, инженерная проблема. Даже социальная структура начинает повторяться.

Есть управляющие. Есть жрецы или учителя, хранящие знания. Есть ремесленники.

Есть земледельцы. Эти роли возникают сами, когда группа людей становится слишком большой, чтобы каждый занимался всем сразу. В определенный момент появляется даже излишек времени, который дает возможность развивать искусство, науку, инженерные эксперименты.

-

Попробуйте РЖДТьюб - видеохостинг для железнодорожников!

И тогда мы видим то, что часто называют параллельными изобретениями – металлургия, геометрия, астрономия, монументальные здания. Но эти изобретения – не чудо и не след утраченной цивилизации. Это естественный результат того, что города требуют сложных решений.

Совершенно разные народы приходят к одинаковым технологиям, потому что на определенной стадии развития просто других решений нет. Если ты хочешь возвратить большие строения, тебе придется придумать отвес, уровень и веревку с узлом как меру длины. Если хочешь считать налоги, нужна письменность.

Если хочешь строить дороги, нужны стандарты ширины. Если хочешь управлять водой, нужен канал или плотина. Когда археологи сравнивают цивилизации между собой, они видят не следы общего учителя, а следы общих задач, которые человечество решало независимо.

И именно поэтому Древний Мир выглядит таким согласованным, будто кто-то раздал ему один план развития. Но этот план написан не в легендах, а в самой структуре общества. Как только людей становится много, их решения становятся похожими.

Далее мы рассмотрим еще одну ключевую причину параллелей – движение людей и идей. Торговля, миграции, обмен ремеслами и материалами создавали мосты между культурами куда чаще, чем принято думать. Когда мы думаем о древности, в голове часто возникает образ изолированных миров.

Египет сам по себе, Месопотамия сама по себе, Америка сама по себе. Но археология последних десятилетий показывает совсем иную картину. Люди всегда двигались, торговали, передавали ремесла, переселялись, воевали, заключали союзы, обменивались предметами, идеями и техниками.

И иногда этот обмен происходил на расстояниях, которые для нас и сегодня кажутся огромными. Например, лазурит, драгоценный минерал яркого синего цвета, добывали только в одном месте древнего мира, в горах Бадахшана, на территории современного Афганистана. Но этот камень находят в Египте, в Месопотамии, в Восточном Средиземноморье.

Чтобы попасть туда, он проходил тысячи километров по сухопутным и речным маршрутам. А это означает, что товары и знания путешествовали вместе с ним. То же самое происходит с оловом, необходимым для бронзы.

Его источников немного, но бронзу делали от Анатолии до Индии. Значит, торговые пути соединяли континенты задолго до Великих Открытий. Археологи находят шумерские печати в Индии, египетские бусы в греческих поселениях, индийские ткани в оазисах Центральной Азии.

На Крите находят предметы, явно привезенные из Леванта. В Китае обнаруживают следы товаров, пришедших через степные коридоры. Даже в каменном веке обмен был шире, чем принято думать.

Обсидиан, вулканическое стекло, находят на расстояниях в сотни километров от мест его добычи. Люди несли этот материал через горы и долины, потому что он давал лучшие ножи и наконечники. И вместе с Обсидианом передавались идеи обработки камня.

Торговля не ограничивалась товарами. Она переносила и знания, как строить, как плавить металл, как украшать сосуды, как делать красители. То, что мы сегодня называем параллельные элементы культуры, нередко оказывается результатом движений людей.

Ни глобальных, ни массовых, но достаточных, чтобы мотив орнамента, форма сосуда или технологии обработки дерева прошли через несколько регионов. Даже морские пути существовали значительно раньше, чем это считалось в прошлом веке. Полинезийцы пересекали океан на тысячи километров.

Жители Средиземноморья плавали вдоль побережья с ранней бронзы. Египтяне строили корабли из ливанского кедра. Индийские и арабские моряки ходили между побережьями Индийского океана еще до римской эпохи.

Каждый такой путь – это канал идей. Не обязательно глубоких философий или религиозных концепций, а простых и очень важных вещей. Как резать камень, как строить платформу, как измерять землю, какие красители использовать, как хранить зерно.

Именно поэтому иногда мы видим сходные орнаменты у отдаленных культур, не из-за мистического единого источника, а потому что маленькие группы ремесленников могли перенять или подсмотреть технику у соседей, а соседи – у своих соседей, и так далее. Древний мир вовсе не был мозаикой изолированных точек. Это была сеть, не такая плотная, как сегодня, но достаточная, чтобы идеи и технологии расползались по регионам, причем иногда очень далеко.

И все же даже этого объяснения порой недостаточно, потому что параллели встречаются и там, где контактов не было и быть не могло, например, между Америкой и Древним Востоком. Для таких случаев нужно смотреть глубже в саму человеческую логику и способы восприятия мира. Когда археологи и историки сравнивают мифы разных культур, возникает ощущение, что древние люди по всему миру думали одинаково.

У шумеров есть космическая река, у египтян – небесное озеро, у майя – змей, несущий мир, у скандинавов – мировое дерево, у индусов – гора Меру, у жителей Полинезии – мир, рождающийся из тьмы и океана. Начинаешь читать и словно перелистываешь разные версии одной и той же книги, но на самом деле все куда проще. Древние объясняли мир так, как его видели вокруг себя.

И поскольку природа везде работает по одинаковым законам, образы родились похожие. Вода – главный герой мифов. Потому что вода приносит жизнь и смерть одновременно.

Она дает урожай, но может уничтожить деревню. Паводки случались в Египте, в Месопотамии, в Индии и в Китае. Неудивительно, что почти у каждого народа есть история о большой воде, которая накрыла землю.

Это не следы единого мифа, а память о катастрофах, которые происходили регулярно. Реки действительно выходили из берегов. Целые поселения исчезали.

Для людей, живших без инженерных плотин, потоп был не метафорой, а реальностью. Змея – еще один универсальный образ. Она опасна, неожиданна, появляется из ниоткуда.

Для земледельцев и охотников змеи были прямой угрозой, а значит, важной частью мира. В тропиках – ядовитые змеи, в саваннах – мощные питоны, в пустынях – рогатые гадюки. И образ змеи становится символом силы, опасности, границы между жизнью и смертью.

Поэтому он появляется и в Америке, и в Африке, и в Азии, и в Европе. Это биология, а не обмен мифами. Гора – третий повторяющийся мотив.

В высокогорных регионах люди видели, как облака цепляются за вершины, как снег блестит под солнцем, как грозы зарождаются именно там. Казалось, что вершина – место, где земля соприкасается с небом. В Египте роль горы играла пирамида, в Месоамерике – ступенчатые храмы, в Греции – Олимп, в Индии – мифологическая меру.

Не потому, что все копировали друг друга, а потому, что чувство высоты и границы между мирами одинаково у всех людей. Есть и архетип мирового дерева. Если посмотреть на древние поселения, то дерево было центром жизни, дает тень, еду, древесину, лекарства.

Его корни уходят в землю, ветви тянутся в небо. Идеальная модель мироустройства для человека, который пытается объяснить, как устроена природа. Вот почему мировое дерево встречается у сибирских народов, у германцев, у майя и у индийцев.

Это не следы одного источника, это совпадения, рождающиеся из наблюдения за природой. Даже образы верхнего и нижнего мира не требуют мистики. Верх – это свет, безопасность, дневная жизнь.

Низ – темнота, опасность, глубина. У пещерных цивилизаций нижний мир буквально ассоциировался с неизвестностью под землей, у жителей равнин – с глубиной воды и темнотой. И это тоже объясняет, почему в разных культурах появляются похожие мифы о мирах, разделенных вертикально, а не горизонтально.

Мифы – это не наследие загадочной цивилизации и не рассыпанное по миру послание. Это попытка объяснить мир простыми образами. И когда у людей одинаковая природа, одинаковые страхи и одинаковые надежды, их истории становятся похожими, даже если они никогда не встречались.

Если оглянуться назад, на все, что мы разобрали, складывается простая и очень мощная картина. Древний мир не был единым в культурном смысле. У каждого народа были свои божества, свои легенды, свои письма, свои инструменты и свои традиции.

Но как только мы смотрим глубже, видим, что под этим разнообразием лежат общие основы. Все цивилизации жили в одном природном мире, смотрели на одно и то же небо, работали с одинаковыми материалами – камнем, деревом, глиной. Использовали одни и те же принципы геометрии, потому что они не зависят от культуры.

Создавали технологии, продиктованные одной и той же логикой выживания. Строили города, дороги, храмы и каналы так, как подсказывала физика, а не мифология. И даже самые разные мифы, если отбросить их красочную оболочку, обращаются к одним и тем же явлениям – к воде, солнцу, высоте, земле, опасности и циклам.

Именно поэтому древние народы приходили к похожим идеям, независимо, без контактов, без чудесных источников знаний. Их объединяли не дорогие не торговцы, а сами условия жизни. Когда ты смотришь на мир одними и теми же глазами, ты неизбежно видишь похожие отряды.

Да, культуры были разными, но задачи, которые приходилось решать людям, одинаковые. Как измерить время? Как хранить воду? Как построить дом, чтобы он не рухнул? Как описать путь солнца? Как объяснить ребенку, почему приходит дождь и почему умирают деревья? Эти вопросы не менялись от Месопотамии до Ант. И древние решали их так, как могли, с теми инструментами, что у них были, и получали закономерно похожие решения.

В этом нет тайны, но есть красота. Красота в том, что разные культуры, не зная друг друга, создавали параллельные миры, основанные на тех же закономерностях природы и тех же принципах инженерии. И все же главный вопрос остается открытым.

Если древние народы, разделенные океанами, приходили к похожим идеям из-за условий мира, то что будет, когда условия изменятся? Создаст ли современный человек новое универсальное представление? Или сохранит старое, которые идут с нами уже тысячи лет? Ответа нет. Но именно это делает историю человечества такой захватывающей. Мы продолжаем искать порядок в мире, который все видят по-разному, но строят на одних и тех же фундаментальных законах.