Мельниковский стиль
Он прошёл все ступеньки карьерной лестницы и вернулся туда, откуда начал
В КАЖДОМ РЕМОНТНОМ локомотивном депо РЖД имеется свой экспериментальный цех, но не в каждом трудится потомок первого министра путей сообщения.
В ремонтном локомотивном депо Иркутское Геннадии Фёдорович Мельников - живая легенда. За свою трудовую жизнь он получил столько авторских свидетельств и патентов на изобретения и выдал столько рацпредложении, что их с лихвой хватит небольшому конструкторскому бюро. В активе Мельникова и десятки научных статей. А ведь по нынешней должности он всего лишь слесарь механосборочных работ.
Высокий и грузный, с ироничным лицом философа, в неизменной рабочей спецовке, Мельников и в самом деле не очень вписывается в свою строку в штатном расписании депо. Особенно если знать, что за его спиной Хабаровский институт инженеров железнодорожного транспорта и долгие годы работы старшим научным сотрудником в железнодорожном вузе. Но за станком Геннадий Фёдорович смотрится вполне органично.
Геннадий Фёдорович откладывает в сторону какую-то деталь, которую задумчиво крутил в руках, и мы вместе поднимаемся по крутой лесенке, что ведёт в бытовую комнату. Четыре года назад Мельников мог выйти на пенсию по возрасту, но покоя не захотелось.
- Вольтер говорил: работа избавляет нас от трёх великих зол: скуки, порока и нужды. Я, скорее всего, убегаю от скуки, хотя кое-кто из знакомых удивляется, что это я так крепко к железу прикипел, - рассказывает Мельников.
Так, впрочем, было и десять с лишним лет назад, когда Геннадий Фёдорович осел в экспериментальном цехе. В этом же депо он прошёл ступеньки старшего инженера, инженера-технолога, был заместителем начальника транспортного отдела объединения «Востсибуголь». А ещё почти 15 лет отработал в Иркутском институте инженеров железнодорожного транспорта. А в 1997 году ушёл в слесаря, туда, откуда и начинал.
- Для меня была важна не должность, а возможность заниматься любимым делом: придумывать что-то новое, совершенствовать узлы, механизмы. Изобретательство как наркотик - покоя не знаешь, не спишь ночами, пока не решишь какую-то задачу, - немного смущённо признаётся Геннадий Фёдорович.
Его склонность к аналитической работе приметили ещё в Хабаровском институте инженеров транспорта, где Мельникову советовали остаться на кафедре математики. Но он решил ехать в Иркутск.
- Кстати, и в институт я попал случайно. Планировал ехать в Томск, поступать на физтех. Но в Хабаровске была крепкая лекоатлетическая команда, а я увлекался бегом, первый разряд имел. Любовь к спорту всё и пересилила. Хотя отец был заслуженным лесоводом России, и я мог бы пойти по его стопам, - рассказывает Геннадий Фёдорович.
Кто-то в этом видит перст судьбы: выдающийся русский инженер, один из авторов проекта железной дороги Санкт-Петербург - Москва, первый министр путей сообщения империи Павел Петрович Мельников был дядей прадеда Геннадия Фёдоровича. В истории отечественного железнодорожного транспорта Павел Петрович оставил весьма заметный след. Как, впрочем, и остальные представители рода Мельниковых, породнившиеся когда-то с Григорием Александровичем Пушкиным, младшим сыном великого поэта.
- Разбросала судьба Мельниковых по всей России: Москва, Рязань, Тверь. Моего деда Никодима Семёновича, а он был инженером, сослали под Гомель, там у меня много родственников. Есть Мельниковы в Канаде, Германии, Израиле. У моего же бати насчитывалось восемь братьев и четыре сестры. Навестил я своих двоюродных братьев за океаном: нормально живут, - рассказывает Геннадий Фёдорович.
На Дальнем Востоке семья, как выясняется, оказалась не совсем по своей воле.
- Моего деда по матери, Семёна Тюрина, раскулачили и отправили сюда в ссылку. Любопытный, я скажу, был мужик: ростом под два метра, за Первую мировую получил трёх Георгиев, воевал на Гражданской, служил в Туркестане до 1930 года. Вместе с дедом отправилась в суровые края и моя матушка. Здесь они повстречались с отцом, а сам я родился в Комсомольске-на-Амуре. После войны отца перевели в Хабаровск, здесь я окончил среднюю школу, - говорит Геннадий Фёдорович.
Об этих семейных преданиях в депо, скорее всего, наслышаны мало: тут Мельникова больше знают как человека со светлой головой и золотыми руками. Практически всё нестандартное оборудование проходит через Мельникова и его коллег по цеху, а это значит, что, прежде чем что-то изготовить, нужно немало поломать мозги, проявить смекалку.
- Для депо это просто большая удача, что имеем собственного Кулибина. Как только возникнет техническая проблема, так и бегут мастера к Геннадию Фёдоровичу. Для него, как мне кажется, решить задачу составляет истинное удовольствие, без этого он бы заскучал, - говорит начальник депо Сергей Попов.
Сам Геннадий Фёдорович признаётся, что быть в активном поиске - его стиль. Есть, правда, задачи, которые можно решить достаточно быстро. Но на отдельные из них могут уйти годы.
- Лет 14 назад с профессором Виктором Васильевичем Гуляевым и другими коллегами мы стали работать над автоматическим стояночным тормозом для железнодорожного подвижного состава. В результате создали усовершенствованную модель пневматических тормозов. Она создана путём присоединения к существующим тормозным приборам устройства - фиксатора стояночного тормоза для фиксации штока тормозного цилиндра в заторможенном состоянии колёсной пары при утечке воздуха из тормозного цилиндра.
Слыша этот поток терминов, я лишь хлопаю глазами, а мой собеседник продолжает:
- Иными словами, наш автоматический стояночный тормоз удержит подвижной состав в заторможенном состоянии и при полной утечке воздуха из тормозных цилиндров, даже если не подкладывать под колёса «башмаки». Как только давление в тормозах дойдёт до критического уровня, то колёса клинятся автоматически. А потом подъехал локомотив, накачал воздуха, тормоза отпустило, и можно ехать дальше.
Сейчас, по словам Геннадия Фёдоровича, готов уже самый свежий вариант автоматического стояночного тормоза и дело осталось за малым - запустить эту разработку в производство. Правда, когда это может случиться, никто сказать не берётся.
Но творческая натура Мельникова проявляется не только на работе. С самого детства Геннадий Фёдорович увлекался коллекционированием.
- Люблю марки, монеты, старые железнодорожные значки. А начинал с монет, когда один из дядек привёз вещмешок немецких денег. В итоге удалось собрать хорошую коллекцию старых германских монет. Затем, правда, из-за финансовых затруднений её пришлось продать, но значки собираю до сего времени. Не могу отказаться и от покупки хороших книг, их уже некуда класть, но с собой ничего поделать не могу, - опять подшучивает над собой Мельников. И рассказывает, как он вместе с такими же любителями жёг костры в Хабаровске, когда стояли в очереди за «всемиркой». И в этом весь Мельников: если уж чем-то загорелся, то своего добьётся. Лучше всех это знает супруга Тамара Леонидовна, которая также немало лет отдала Восточно-Сибирской железной дороге.
Сергей Кез, сое. корр. «Гудка» Иркутск
