Из глубин самой жизни
 

Из глубин самой жизни

Со стен самодеятельного музея на станции Кувшиново смотрели на меня лица. И казались эти фото смутно знакомыми, потому что очень похожи на ровесников моих родителей в старом семейном альбоме. Улыбчивые женщины без косметики, сухощавые мужчины с прямодушными взглядами. Одним из них – со строгими и настойчивыми глазами – был бывший бригадир Торжокской дистанции пути Василий Лаврентьевич Петров.


На фотографии 60-х годов прошлого века он в форменной одежде железнодорожника выглядит, как генерал. А когда мне довелось побывать у него в гостях, увидела седого старика с усталыми глазами. Каждый мой вопрос словно заставлял его подниматься на поверхность из глубин памяти, а может быть, и самой жизни.
В 1942 году, когда Василию исполнилось 16 лет, он поступил на станцию Соблаго путевым рабочим.
– Фашисты бомбили адски, каждый день, а мы ремонтировали пути, – вспоминает он и морщится на глупость моего вопроса о том, где пережидали бомбёжку. – Да нигде, ложились на пути между рельсами, вот и всё укрытие. Глянешь, куда летит, – мимо – и вжимаешься в полотно так, чтобы рельсы от осколков прикрывали. Друг Вася Колодяжный, вместе с которым работали на восстановительной летучке, умер от тяжёлого ранения осколком бомбы.
В 1947 году Василий успешно окончил дорожно-техническую школу в Осташкове и получил направление на работу в Москву. Но, мир тесен, встретил на станции Подмосковная друга, и тот сманил его в Кувшиново дорожным мастером. Петров и женился здесь, и детей вырастил. 44 года отдал стальному пути: «Тяжёлая работа. Я на своём веку раз шесть рельсы и шпалы поменял на участке».
Осенью участник трудового фронта переселился из старой железнодорожной казармы в благоустроенную квартиру. Получили государственный жилищный сертификат и превратили бумагу в жильё дети ветерана, потому что преодолеть чиновные пороги старику в таком возрасте не под силу. Дождался. И умер.

Инна Сальникова


"Октябрьская магистраль" - oktmag.ru